enrutat
Главная / «Ерак Шәрек»: яркая, но короткая жизнь татарского журнала в Харбине
«Ерак Шәрек»: яркая, но короткая жизнь татарского журнала в Харбине

«Ерак Шәрек»: яркая, но короткая жизнь татарского журнала в Харбине

После революции 1917 года многие татарские семьи эмигрировали в Китай. И в Харбине существовала весьма заметная диаспора. Татары на Дальнем Востоке обустраивали себе быт, строили мечети, издавали газеты. Историк Диляра Усманова в колонке «Реального времени» останавливается на журнале «Ерак Шәрек». Наш колумнист вспоминает имена тех, кто в 1920—1925 годы печатал издание и поддерживал его на плаву.

От мимеографа до «ташбасма»

Журнал «Ерак Шәрек» («Дальний Восток») является одним из первых относительно регулярных эмигрантских изданий на Дальнем Востоке. Он несет на себе печать всех проблем и злоключений, которые испытывали татарские эмигранты в самом начале свое пребывания на чужбине. Издание выходило в Харбине в формате журнала (позднее в формате газеты) с некоторыми перерывами с 1920 по 1925 годы. Первоначально в 1920 году журнал появлялся еженедельно. Затем наступила некоторая пауза, обусловленная рядом сложностей. В марте 1921 года, начиная с №17, журнал возобновился и некоторое время выходил с периодичностью раз в 10 дней. Всего увидел свет 31 номер журнала. Затем, начиная с №32, издание было возобновлено уже в 1924 году в виде еженедельной газеты. Однако и на этот раз издание подстерегали проблемы, поэтому последний номер, 51-й, вышел в июле 1925 года.

Издание печаталось трафаретным способом на ротаторе (или мимиографе), позволявшем оперативно размножать книги малым и средним тиражом. Позднее вместо «мимиографа» был выбран литографический способ печати (ташбасма), что, впрочем, отнюдь не облегчило типографский процесс. Общий тираж харбинских периодических изданий, по словам ведущего специалиста и уроженца Харбина Махмута Тахира, не превышал 500, в лучшем случае 1000 экземпляров. Впрочем, довольно примитивный ротатор, имевшийся в руках у членов редакции, не позволял делать большое количество копий.
Фактически редакцию составляли три человека: имам Гиниятулла Ахмади (1879/1880—1926), исполнявший обязанности издателя и формально главного редактора; Рашид (Абдурашид) Рахмати (впоследствии, в Турции Рашид Рахмати Арат, 1900—1964), на которого была «возложена» вся производственно-техническая часть. Наконец, третьим сотрудником являлся сам автор рассказа Хусаин Габдюш (1901—1944), исполнявший обязанности «простого» редактора, а также являвшийся автором целой серии художественных рассказов.

«Терпеливый юноша»

Примечательно, что в первом номере газеты (1924), возрожденном под старым брендом «Ерак Шәрек», был опубликован рассказ Хусаина Габдюша под аналогичным названием. В нем автор, в немного ироничном тоне, описал «полутрагическую» историю появления и недолгой жизни харбинского издания. Данный рассказ является не столько буквальной хроникой истории журнала, сколько рефлексией автора по поводу удач и неудач журнала. Поскольку сведений об эмигрантской прессе вообще чрезвычайно мало, мы вынуждены оперировать этой «инсайдерской» информацией. Более того, рассказ Хусаина Габдюша интересен взглядом человека «изнутри».

Судя по упомянутому рассказу, главной движущей силой журнала выступал «длинноволосый юноша с ангельским терпением» («Озын чәчле яшь егет һәм Әюп пыйгәмбәр»), под которым выведен именно Рашид Рахмети Арат.

На него была возложена огромная техническая работа. Он должен был: рисовать «все рисунки для обложки (минареты, горы и пр.); настраивать и крутить черную как деготь промасленную машину; собирать каждую отпечатанную страницу; корректировать рукописи, вплоть до правки стиля и орфографии текстов; заполнять пустые места и страницы материалом под разделом «новости Харбина»; копировать материалы из газет и вставлять их [по мере необходимости] в журнал; писать заголовки и заглавные буквы; помимо этого самому написать для каждого номера журнала по стихотворению». Фактически он должен был проделывать огромную по объему работу (с «гималайские горы»). Так Хусаин Габдюш описывал работу энтузиастов, стоявших у истоков журнала.
К тому же фактически вся эта работа осуществлялась бесплатно, так как труды членов редакции не были вознаграждены, поскольку журнал не окупался. Вообще, судя по всему, он продавался с большим трудом. Автор рассказа с юмором поведал историю об идее главного редактора «осчастливить» всех членов общины, посещавших праздничный намаз в мечети во время очередного религиозного праздника, возможностью купить свежий номер журнала. Хусаин Габдюш описал эту историю следующим образом: «Наш терпеливый длинноволосый юноша все писал и писал, даже лишив себя всех удовольствий от подготовки к празднику. И каков же результат? Результат налицо: ни один номер «праздничного» журнала, вышедшего толщиной с книгу, не был продан…». Покидавшие мечеть после намаза единоверцы оказались равнодушны к новому номеру «национального журнала».

Очевидно, что чтение национальной прессы не было в приоритете татарских эмигрантов, среди которых было в целом немного образованных людей с практикой регулярного чтения. С другой стороны, следует учитывать то обстоятельство, что эмигранты в начале 1920-х годов испытывали большие материальные проблемы и даже терпели нужду. Находившиеся в стесненных материальных условиях татарские эмигранты не торопились финансово поддерживать единственное в регионе «национальное издание». Правда эта неудача не поколебала уверенности и оптимизма редакции, поскольку главный редактор продолжал набирать рекламу, а ведущий автор — писать новые тексты, еженедельно «выпекая» очередные номера журнала в надежде утолить у переселенцев «жажду в национальной духовной пище».

Недолговечное издание

Авторский коллектив и тематика статей журнала «Ерак Шәрек» были довольно типичными для эмигрантских изданий. В ряде выпусков публиковались статьи харбинского имама Гиниятуллы Ахмади обзорного характера под общей рубрикой «Из положения мусульманского мира» («Ислам дөньясы хәлендән»), поздравления мусульман с религиозными праздниками и пр. Также почти в каждом номере появлялись рассказы и другие художественные произведения Хусаина Габдюша. Статьи на национальные и общественно-политические проблемы для журнала писал Закир Кадыри. Хатип Халиди являлся автором статей, посвященных культурным проблемам. В частности, он писал очерки по случаю восьмой годовщины со дня смерти Габдуллы Тукая. Как обычно для татарского эмигрантского издания, довольно много было статей, подписанных псевдонимами («Казанец», «Ахунд», «Учитель», «Харбинец», «Манчжурец»).
Что стало причиной окончательной «смерти» едва ли не единственного харбинского татароязычного издания, выходившего в первой половине 1920-х годов? Можно назвать несколько причин, от частных до вполне принципиальных, приводивших к тому, что большинство национальных изданий были столь недолговечными.
Практически любое такое издание могло держаться «на плаву» благодаря трем факторам: финансовой подпитке постоянного спонсора; наличию денег, поступающих от объявлений и рекламы, или же, наконец, благодаря регулярной абонентской плате и продаже отдельных номеров. Однако все национальные эмигрантские издания плохо продавались, были финансово убыточными, а потому оставались малотиражными и недолговечными.

Судя по всему, главным «добытчиком» средств для издания журнала был именно имам Гиниятулла Ахмади, выполнявший одновременно функции издателя и главного редактора. Его болезнь и ранняя смерть в 1926 году, а также отъезд в 1923—1924 годах на учебу в Германию Рашида Рахмати подкосили упомянутое издание, лишив его регулярной финансовой подпитки и интеллектуальных сил. Наконец, следует назвать главную причину неудачи: большинство беженцев-эмигрантов, пытавшихся выжить в новой среде и только-только налаживавших свой быт и предприятия, не очень стремились покупать и читать национальную прессу. А если и читали, то не слишком охотно поддерживали прессу финансово, тем более в условиях экономического кризиса и отсутствия крупных национальных капиталов.

Эти обстоятельства предопределяли скоротечность и недолговечность практически всех эмигрантских изданий, которые несмотря на эпизодичность, субъективность редакционной политики и тематическую ограниченность остаются важнейшим источником по истории тюрко-татарской эмиграции.
Диляра Усманова, фото предоставлено автором

Справка

Усманова Диляра Миркасымовна — историк, д. и. н., профессор КФУ.
Образование: Казанский государственный университет (1988). Квалификация: преподаватель истории и обществоведения.
В 2005 году защитила докторскую диссертацию по специальности «Отечественная история».

Заместитель декана исторического факультета по науке
(с 2005 по 2009 годы).
Член двух диссертационных советов по защите докторских диссертаций
(с 2005 по 2009 годы).
Член ученого совета Национального музея РТ (с 2012 года).

Владеет английским, немецким и татарским языками.

Автор 13 монографий, 65 статей в научных журналах и 6 энциклопедиях. Более 20 статей изданы в Германии, Англии, Франции, Турции и Литве.
Изучала историю мусульманских народов Российской империи, впервые ввела в научный оборот неизвестные архивные документы и уникальные фотографии.

Диляра Усманова,
фото предоставлено автором
realnoevremya.ru

Оставить комментарий

Адрес Вашей электронной почты не будет опубликованОбязательные поля отмечены *

*