enrutat
Главная / Наиля Ижгузина: В сердце до сих пор тоска
Наиля Ижгузина: В сердце до сих пор тоска

Наиля Ижгузина: В сердце до сих пор тоска

В Великой Отечественной войне из Бардымского района участвовало 7338 человек, 77 из которых – женщины. 4223 из них погибли, 2400 человек числятся в Книге памяти среди «Без вести пропавших».

Слушая Наилю Рахимзяновну Ижгузину из Усть-Ашапа, поражаешься воле людей, которую они проявили в те трудные годы. Мобилизация мужчин на фронт, похоронки, тяжелый труд, нищета, голод – всего не перечесть. Причина всему этому – война. 86-летняя Наиля-эби помнит все достаточно ясно.

Три письма от отца

– Когда началась война, мне было 12 лет. Перед уходом на фронт отец всю ночь работал: отремонтировал печные столбы, подложил под них камни. Во дворе были сложены доски, которые он перетаскал в хлев, боясь, что сгниют. Просыпаясь, каждый раз видела, как он при свете лампы что-то чинил, приводил в порядок. Таким и остался в памяти отец – трудолюбивым, терпеливым. На следующий день, 13 августа мама проводила его до Осы. Мы, дети, остались дома. Из Старого Ашапа в этот день проводили еще троих человек: Маннафа и Назмуллу Исмагиловых, Мухамматзяна Уразаева, – рассказывает она. (Родилась и выросла Наиля-эби в Старом Ашапе).

Первое письмо от отца, где он писал, что приступили к боевым действиям, пришло 21 августа. Второе письмо писал уже из Ленинградского госпиталя, будучи раненым в правую руку: «… Идут тяжелые бои. На днях похоронили Закира из Султаная. Сюда попали вместе с Назмухаматом Туктамышевым из Усть-Ашапа. Пока лежим в госпитале». 15 ноября пришло третье, уже последнее письмо, в котором говорилось о скором возвращении на передовую. Словно в подтверждение этих слов вскоре пришло письмо от односельчанина Мусы Исмагилова, где он писал: «Видел соседа Рахима, он собирался идти в бой. Среди русских он – единственный татарин…». Больше писем не было, и ни одно из них, к сожалению, не сохранилось. На войну были призваны и родные братья отца Наили-эби – Гаялетдин и Ахмар Куштановы. Все погибли, сражаясь за Родину. Бывало, что из одной семьи погибали два человека, но чтобы трое – такое случалось редко. Бывший до войны председателем колхоза Гаялетдин Куштанов, отец троих детей, погиб в 1943 году в боях за Украину, где и был похоронен. Ахмар Куштанов пропал без вести в 1942 году. Самое грустное – то, что в этих трех семьях остались сиротами 10 детей, которые выросли, не зная своих отцов.

– Было тяжело видеть, как у других детей отцы возвращались с фронта. В сердце до сих пор тоска, плачу, когда смотрю фильмы о войне, – говорит Наиля-эби.

 «Мама достойна памятника»

– Нас в семье было шестеро детей. Старшей была я, потом шли Накиба, Гарибзян, Рамзия, Сазида. А самый младший брат Рашит появился на свет в апреле 1941 года. Поднимать детей мал-мала меньше нашей маме Бадрисафе Куштановой, оставшейся вдовой в 32 года, было очень нелегко. Есть было нечего, ходили за 5 километров за пиканом. Семей в таком положении в соседних селах почти и не было. Когда маме предложили пару ребят отдать в детский дом, она ответила: «Если умирать – так вместе, детей не отдам». Ведь были семьи, где дети умирали от голода. Нас от гибели спасли лишь старания матери, и за это она достойна памятника! Спасибо ей за все огромное! Хоть семья была большая, платили налоги наравне со всеми. Несмотря на то, что отец погиб на фронте, сдавали государству по 40 кг мяса, 300 кг молока, 75 яиц и 2,5 кг овечьей шерсти. «Пропал без вести», – значилось в повестке, но мама сохранила верность отцу, прождала его всю жизнь.

Путь страданий

Наиля-апа окончила лишь 4 класса, дальше учиться возможности у нее не было. В 13 лет начала работать в яслях, с февраля 1942 года ухаживала за телятами. Работала старательно, числилась в передовиках, была награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

– Самым трудным годом был, пожалуй, 1942, когда зимой, на детских санках, пешком, приходилось везти 15-литровый бидон с молоком до Барды. Продавала его по 20 копеек. Однажды меня ложно обвинили в том, что я выпила чужое молоко, и отобрали мою выручку. До сих пор помню, не могу забыть, – рассказывает она, вытирая слезы. – Помню, как в марте месяце, на санях тащила мешок картошки из Бикбарды (Куединский район). Было трудно, но мы терпели. Тогда машин не было, женщины пешком добирались до Куеды, Перми, обратно шли уже из последних сил. Не передать словами, сколько трудностей мы пережили.

Особенно разрывает сердце один случай. Это было в марте 1942 года, мне тогда было 13 лет. Мы с мамой отправились на заготовку дров в лес, который находился в двух километрах от деревни. Чтобы отвезти эти дрова, нам дали лошадь, обессилевшую от работы и голода. Погрузив на телегу дрова, мама отправила меня домой, а сама осталась. Добравшись до деревни, лошадь оступилась и упала – вместе с телегой, дровами. Что делать – не знаю! К счастью, меня увидел Мубарак-абый. Топором обрубил веревку упряжи, поднял лошадь, телегу повернул по направлению к лесу. Упавшие дрова остались лежать, а я снова поехала в лес, к маме. Лишь когда мы второй раз отвезли и разгрузили дрова, вернулись за упавшими поленьями, собрали и отвезли домой, – вспоминает бабушка. – Словно вчера все это было…

Да, война принесла неисчислимые страдания, горе, смерть… Победа в Великой Отечественной войне стоила нам 27 миллионов человеческих жизней, а сколько детей остались сиротами! Они уже состарились, многих нет в живых. По воспоминаниям ветерана тыла и труда Наили Рахимзяновны можно целую книгу написать. Можно ли забыть те страшные годы? Нет. Главное, чтобы больше такое не повторилось.

Роза ГИЗЗАТУЛЛИНА,
Бардымский район, Пермский край

Подписывайтесь на нас в Telegram.

Оставить комментарий

Адрес Вашей электронной почты не будет опубликованОбязательные поля отмечены *

*